Карамзина Екатерина Андреевна

(1780-1851)

Е. А. КАРАМЗИНА.
Неизвестный художник. Масло.
Начало 1830-х годов.

Жена историка Н. М. Карамзина, сестра поэта П. А. Вяземского. После смерти мужа – хозяйка литературного салона. В нем, по свидетельству современника А. И. Кошелева, «собирались литераторы и умные люди разных направлений… Тут бывали Жуковский, Пушкин, А. И. Тургенев, Хомяков, Н. Муханов, Титов и многие другие. Вечера начинались в 10 и длились до 1 и 2 часов ночи; разговор редко умолкал. Сама Карамзина была женщина умная, характера твердого и всегда ровного, сердца доброго, хотя по-видимому, с первой встречи, холодного». Эти вечера были единственные в Петербурге, где не играли в карты и где говорили по-русски. В молодости Екатерина Андреевна отличалась «необыкновенной красотой». Она живо интересовалась вопросами литературы и помогала мужу в его исторических занятиях.

Пушкин познакомился с Карамзиной летом 1816 года в Царском Селе. В молодые годы он был к ней неравнодушен и свои добрые чувства сохранил к ней до последних минут жизни. В годы ссылки поэт часто вспоминает Карамзину в своих письмах и просит брата написать о ней. По переезде в Петербург (лето 1827) дружеские связи Пушкина с домом Карамзиной снова возобновляются. Он постоянный, почти ежедневный посетитель ее салона. Мы узнаем этот салон и его милую хозяйку в черновых строфах «Евгения Онегина:

В гостиной истинно дворянской
Чуждались щегольства речей
И щекотливости мещанской
Журнальных чопорных судей.
Хозяйкой светской и свободной
Был принят слог простонародный
И не пугал ее ушей
Живою странностью своей.

К Карамзиной обращены мысли Пушкина в решительные моменты его жизни. «Сказывал ты Катерине Андреевне о моей помолвке? – пишет он Вяземскому весной 1830 года. – Я уверен в ее участии – но передай мне ее слова – они нужны моему сердцу, и теперь не совсем счастливому». Позднее поэт известил ее о состоявшейся свадьбе, и в ответном письме, проникнутом материнской заботой, Карамзина желает ему радостной и спокойной жизни. Одну из немногих, Пушкин посвятил Карамзину в историю своей семейной драмы и перед смертью пожелал ее видеть и проститься с ней. «Меня очень тронуло известие, – писала современница, – что первая особа, о которой после катастрофы спросил Пушкин, была Карамзина, предмет его первой и благородной привязанности». «Пишу к тебе с глазами, наполненными слез, а сердце и душа тоскою и горестью; закатилась звезда светлая, Россия потеряла Пушкина». В этом отклике на смерть поэта сказались благородные черты характера Карамзиной и ее понимание значения Пушкина для русской культуры.