(1743 1816)
В январе 1815 года в Царкосельском лицее состоялись переводные экзамены из младшего класса в старший. В присутствии Державина читались его стихи; он слушал с живостью необыкновенной. Пушкин читал стихотворение «Воспоминания в Царском Селе», стоя в двух шагах от маститого поэта. «Я не в силах описать состояние души моей, – вспоминал позднее Пушкин. – Когда дошел я до стиха, где упоминаю имя Державина, голос мой отрочески зазвенел, а сердце забилось с упоительным восторгом». По свидетельству И. И. Пущина, Державин «в восторге, со слезами на глазах, бросился целовать его (Пушкина) и осенил кудрявую его голову».
Юноша-поэт произвел сильное впечатление на Державина. «Скоро явится свету другой Державин: это Пушкин, который уже в Лицее перещеголял всех писателей», – говорил он С. Т. Аксакову. Позднее Пушкин дважды вспомнил эту знаменательную встречу. В послании «К Жуковскому» (1816):
…И славный старец наш, царей певец избранный,
Крылатым гением и грацией венчанный,
В слезах обнял меня дрожащею рукой,
И счастье мне предрек, незнаемое мной.
И в восьмой главе «Евгения Онегина»:
Старик Державин нас заметил
И, в гроб сходя, благословил.
Пушкин многократно упоминает Державина в своих поэтических произведениях, критических статьях и письмах. Суровым приговором маститому поэту звучат слова Пушкина в письме к Дельвигу (1825). «Перечел я Державина вчера всего, и вот мое окончательное мнение. Этот чудак не знал ни русской грамоты, ни духа русского языка… У Державина должно сохранить будет од восемь да несколько отрывков, а прочее сжечь».
Этот отзыв в дружеском письме нельзя, однако, принимать буквально: он был ответом на какие-то неизвестные нам сейчас разговоры и, может быть, споры с А. А. Дельвигом, высоко ценившим Державина. К творчеству Державина Пушкин продолжал обращаться до конца жизни, вплоть до знаменитого стихотворения «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…».


Рубрика: 






