Давыдов Денис Васильевич

(1784-1839)

Д. В. ДАВЫДОВ.
Д. Дау. Масло. Начало 1820-х годов.

Певец-гусар, ты пел биваки,
Раздолье ухарских пиров,
И грозную потеху драки,
И завитки своих усов.
С веселых струн во дни покоя
Походную сдувая пыль,
Ты славил, лиру перестроя,
Любовь и мирную бутыль…

Так воспринимал молодой Пушкин «гусарскую» лирику Давыдова, яркую и эмоциональную, навеянную патриотическим пафосом Отечественной войны 1812 года, одним из героев которой он был. Позднее Пушкин признавал, что он не сделался подражателем Батюшкова и Жуковского благодаря Давыдову, который «дал ему почувствовать еще в Лицее возможность быть оригинальным».

Личное знакомство поэтов началось еще со времен «Арзамаса», членами которого они состояли. Встречались они в тесном кругу петербургских литераторов (В. А. Жуковский, А. И. Тургенев, П. А. Вяземский), в который входил и Пушкин, недавно окончивший Царскосельский лицей. С воспоминаниями о встречах на юге можно связать портрет Давыдова, набросанный Пушкиным в начале 1825 года на полях рукописи «Евгения Онегина».В 1820-е годы Давыдов жил в Москве, и Пушкин, в свои приезды сюда, встречался с ним (1829, 1831). Об одной из встреч поэт-партизан писал С. Д. Киселеву в начале 1830 года: «Пушкин хвалил стихи мои, сказал, что в молодости своей от стихов моих стал писать свои круче и приноравливаться к оборотам моим». Давыдов был в середине февраля 1831 года среди близких друзей поэта на «мальчишнике» накануне его свадьбы с Н. Н. Гончаровой.

Первую половину 1830-х годов Давыдов жил с семьей в своем симбирском имении и в обширной переписке с Вяземским и другими современниками неизменно интересовался Пушкиным. Он ждет продолжения «Онегина» и признается, что «эта прелесть» у него вечно в руках. Подсказанные им крылатые фразы и поговорки использованы поэтом в качестве эпиграфов к «Пиковой даме» и «Капитанской дочке». Январь 1836 года Давыдов провел в Петербурге и почти ежедневно встречался с Пушкиным и их общими друзьями. В одну из таких встреч поэт подарил другу «Историю Пугачева», сопроводив ее обращением к нему:

Тебе певцу, тебе герою!
Не удалось мне за тобою
При громе пушечном, в огне
Скакать на бешеном коне…
Вот мой Пугач: при первом взгляде
Он виден – плут, казак прямой:
В передовом твоем отряде
Урядник был бы он лихой.

«Это для меня диплом на бессмертие», – сказал растроганный Давыдов. В это же время Пушкин привлек Давыдова к участию в «Современнике» и опубликовал в нем шесть его стихотворений и две статьи о партизанской войне и занятии Дрездена в 1813 году. Трагическая смерть Пушкина поразила Давыдова и в письме к Вяземскому он писал: «Какое ужасное происшествие! Какая потеря для всей России!.. А Булгарины и Сенковские живы и будут живы, потому что пощечины и палочные удары не убивают до смерти».